Главная | Регистрация | Вход | RSSВторник, 26.09.2017, 10:31

МОБУ "Краснополянская ООШ"

Меню сайта
Календарь
«  Сентябрь 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930
Госуслуги
Сайты Рунета

из истории нашего села


Наше село в годы Великой Отечественной войны
 
В годы Великой Отечественной войны 1941 – 1945 г.г. труженики тыла вместе с бойцами переднего края ковали победу над врагом. В нашей Оренбургской области в военные годы в городе Чкалов (ныне город Оренбург) работали три института эпидемиологии и микробиологии, их деятельность была нацелена на борьбу с разными заболеваниями и эпидемиями. Широко развернулось производство лечебных профилактических средств для фронта.
  Свою лепту внёс и Новосергиевский район, на территории которого в поселке Красная Поляна с конца 1941 года по ноябрь 1946 года работала переведённая из города Чкалов бактериологическая лаборатория Чкаловского бактериологического института имени Мечникова (филиал Московского института). Находилась она в старом здании, построенном в 1903 году самарским купцом – промышленником Суховиловым Порфирием Сергеевичем. Это здание сохранилось до сих пор. В нём сейчас расположен сельский дом культуры.(фото №1,2 приложение) Медицинское оборудование располагалось в здании клуба, а для подопытных белых мышей и морских свинок был специально построен в 50-ти метрах к востоку от здания домик.
  Некоторые белые мышки убегали из вольеров на волю, «роднились» с серыми домашними мышами и появлялись на свет двухцветные серо – белые мышки к восторгу местных ребятишек.
  Работал в бактериологической лаборатории медицинский персонал из города Чкалов (город Оренбург) и города Москвы.

В бактериологической лаборатории были отделения:



Кабинет бактериологической химии
Заведующая:
Игнатова Лидия Ивановна 

Иммунный отдел
Заведующий:
Борисов Евгений Михайлович


Питательный цех 

Сывороточное хранилище
Заведующая:
Воронкова Мария Ивановна


Сывороточное отделение
Заведующая:
Воронкова Мария Ивановна 

Отделение для получения дистиллированной воды и стерилизации посуды
Заведующий:
Чунихина О.П.


Контрольная лаборатория
Заведующая:
Рабинович Ольга Григорьевна (Гешовна) Котельная
Механик:
Камышов Яков Петрович (отвечал за котлы и автоклавы)


Столбнячно – гангренозное
отделение


Главным врачом бактериологической лаборатории была
Игнатова Мария Ивановна



  В лаборатории с февраля 1942 года по май 1947 года работала старшим лаборантом сывороточного отдела Стогова Надежда Никитична в звании младшего лейтенанта.

 Из воспоминаний Стоговой Надежды Никитичны.
 
«Приехала на место жительства в село Красная Поляна с матерью в 1933 году из Башкирии. В 1940 году поступила в медицинское училище в городе Чкалов на 3-х годичное обучение. Но в связи с тем, что началась Великая Отечественная война, обучение сократили. В конце 1941 года нам присвоили офицерское звание младший лейтенант, дали 10 суток для решения личных вопросов до отправки на фронт. Приехала в посёлок Красная Поляна к матери. Мать сказала, что в здании клуба располагается какая - то лаборатория. Через 2 дня после приезда из любопытства заглянула в клуб. Меня увидел молодой мужчина и спросил, чем я занимаюсь, я объяснила. Он сразу же предложил работать в лаборатории, потому что я была местная, меня не надо было обустраивать, и профессия у меня лаборант. Я отказалась, объяснив, что уезжаю на фронт. Ничего не сказав, врач съездил в город Оренбург и привез документы о моём переназначении. Так начала работать в бактериологической лаборатории. Ездила вместе с врачом в поселок Ростошь, что в 5-ти километрах от села Красная Поляна, делать инъекции лошадям и брать у них кровь. (фото№3,4 приложение) В поселке Ростошь было 3 косяка лошадей по 50 – 60 голов. По 5 лошадей по очереди загоняли в станок. Им постепенно вводили инъекции от 100 до 600 граммов, а потом у этих лошадей брали кровь. В зависимости от упитанности лошади брали от 4-х до 7-ми литров крови. Попадались и строптивые лошадки, которые не шли в станок. Тогда помощники, а чаще всего это были местные мальчишки, садились верхом на лошадей и с разгона «залетали» в станок. Взяв кровь, везли в лабораторию и сдавали в кабинет бактериологической химии. Если в крови обнаруживали бактерии, то кровь пропускали через «специальный фильтр».


  Из воспоминаний Кадынцевой Марии Фёдоровны.

«В 1941 году по окончанию Учительского института приехала молоденькая 19-ти летняя девушка преподавать историю в Краснополянскую курортную семилетнюю школу. Первое время жила в небольшой каморке при школе, а в 1942 году определили на квартиру оренбургских врачей Борисовых Евгения Михайловича и Александры Митрофановны. В семье врачей росло 3-е детей – Юлия, Ольга, Галина. Евгений Михайлович был заведующим иммунным отделом бактериологической лаборатории и почти не бывал дома: в 5 часов утра уезжал с медсёстрами на Ростошь на забор крови, затем допоздна работал в лаборатории. Вместе с ним работала и его жена Александра Митрофановна».
  Из кабинета бактериологической химии кровь поступала в столбнячно – гангренозное отделение. В кровь вводили столбнячно – гангренозную палочку.
  Из воспоминаний Рабинович Виктора Константиновича, сына московского врача Ольги Гешовны Рабинович, о том, как получали гангренозно – столбнячную палочку. «Брали лошадь, забивали, делали фарш, варили бульон, на нём выращивали бактерии, которые потом вводили в сыворотку. В бактериологической лаборатории люди падали от усталости, но делали всё зависящее от них, ради долгожданной победы ». 
После заражения кровь отдавали в сывороточный отдел, где её помещали в термостат. Температура здесь была 37.2 градуса и не больше и не меньше. Следили за реакцией крови. Если хотя бы в одной пробирке оказывался осадок, всю заражённую кровь сразу же выливали. Если было всё нормально, вводили сыворотку белым мышам. Мыши не погибали, значит, всё в порядке, и сыворотку отправляли на фронт. Прилетал самолёт «кукурузник», забирал сыворотку. Площадка для самолёта была там, где сейчас стоит 2-х этажный дом. (фото №5 приложение)
  Жил медицинский персонал вместе с семьями в помещениях, принадлежащих санаторию Красная Поляна. (фото № 6,7 приложение) В районной газете «Вперёд к коммунизму» за апрель 1945 года сообщали «В 1941 – 1944 годах на территории п. Красная Поляна санаторий был законсервирован. В 1944 году было разрешено открыть санаторий на 150 коек. Кумысолечебный санаторий функционировал с 1903 года». Весь 1902 год и первую половину 1903 года велось активное строительство домов для больных, и к началу июня1903 года их было построено тридцать шесть. Первые отдыхающие приехали в санаторий в конце июня 1903 года, а с начала 1903 года в Самарской губернии и за её пределами распространялись рекламные буклеты со следующим заголовком:


Кумысолечебница «Красная Поляна» Порфирия Сергеевича Суховилова. Станция Новосергиевская, Ташкентской железной дороги (линия Самара – Оренбург).
  В 1986 году из Москвы приезжал на Красную Поляну Рабинович Виктор Константинович, он рассказал, что на подсобных работах в лаборатории были заняты местные жители. Они кололи дрова, подвозили воду, мыли полы, кормили мышей. Медицинский персонал, как военнообязанные получали паёк и хлеб – 800 граммов, а остальные сотрудники по 400 граммов. В годы войны для детей сотрудников лаборатории был организован детский сад. Летом он размещался в месте, называемом в народе «Пифагоровы штаны». 
  В Краснополянской школе учился Рабинович Виктор, дети врачей Борисовых и дети ещё трёх семей, эвакуированных из города Москвы, - Лурье Бронислава, Фейгин, Романова. Лурье Броня впоследствии стала юристом, а Виктор Константинович – инженером - электронщиком. Сейчас Рабинович Виктор Константинович вместе с женой Евгенией эмигрировал в Израиль.
В ноябре 1946 года бактериологическую лабораторию из поселка Красная Поляна перевели в город Чкалов.
Вклад жителей села Красная Поляна в победу над врагом.
  В годы Великой Отечественной войны с территории посёлка Красная Поляна ушли на фронт 72 человека. Погибли и пропали без вести 38 человек. Каждую семью не обошла своим «вниманием» война. Везде оставила свой след.
Из воспоминаний участника Великой Отечественной войны 1941 – 1945 годов Жабина Семёна Николаевича (1914 года рождения.)
Жабин Семён Николаевич призван на фронт 25 августа 1941 года. Всю войну был сапёром. Сержант, командир сапёрного отделения с февраля 1942 года по ноябрь 1945 года. Награждён «Орденом Красной звезды».( фото №8)
  «У моего тестя, Котикова Давыда Андреевича, на фронт ушли 3 сына – Тихон Давыдович (до войны жил в Москве, окончил педагогический институт, преподавал историю на курсах младшего командного состава НКВД), Иван Давыдович ( работал после войны на Новосергиевской железнодорожной станции) и 19 –ти летний сын Дмитрий Давыдович, который перед войной начал работать учителем в Гамалеевской средней школе Сорочинского района. Проводил на фронт три зятя – Якуткина А., Васькина Карпа Степановича, Жабина Семёна Николаевича. Без вести пропал старший сын – политрук Котиков Т.Д. Не вернулся с войны младший Митенька - Котиков Д.Д. С Фронта от него пришло всего одно письмо, в котором он сообщал, что их забрасывают в тыл, и обещал написать, когда вернётся, но не вернулся. Погиб старший зять Якуткин А. В 1944 году Котиков Давыд Андреевич подписывается на военный заем на 25000 рублей и вносит в фонд обороны 12000 рублей. Эти деньги были заработаны до войны на шахтах Донбасса и выручены от продажи мёда. (Он как пчеловод славился на всю округу). Об этом сообщалось в районной газете «Колхозный труд» за 1944 год».
  О том, как жили во время ВОВ на Красной Поляне, вспоминает Красикова Мария Николаевна, 1927 года рождения.

«Родилась и жила в селе Гамалеевка Сорочинского района. Жили бедно, так как в колхозе денег не платили, работали за «палочки», т. е. за трудодни. Началась война, забрали старшего брата на фронт, в трудовую армию на Урал в Миасс и отца, 1895 года рождения. Осталась мать с двумя детьми; 14-ти летней Марией и 10-и летним сыном Алексеем. Стало совсем плохо. В начале 1944 года по болезни и возрасту вернулся отец. Страшный голод, холод, одеть, обуть нечего. Семья была на грани вымирания. Ранней весной 1944 года пришёл с курорта Красная Поляна дядя, брат отца. Посмотрев на наше угасание, он предложил перебраться на Красную Поляну, сказав, что там работающим людям, выдают по 500 грамм хлеба. Мы собрали свой скарб, который уместился в двух хозяйственных сумках, пришли на Красную Поляну. Поселили нас на квартиру к Барышевой, потому, что она жила одна с сыном в маленьком домике. Мы втроём: отец, я (мне уже было 17 лет) и 13-ти летний брат Алексей нанялись пасти единоличный скот. Каждому давали по 500 граммов хлеба, это уже 1,5 килограмма, да маме, не работающей – 200 граммов. Какое это было счастье! А в зиму меня приняли в бактериологическую лабораторию рабочей. Вместе с другими рабочими я всю зиму ездила на заготовку дров для автоклавов и котельной. Требовалось очень много дров. Привезённые дрова пилили и кололи. Весной перевели помощницей при заборе крови у лошадей и на разделку мяса лошади для фарша. Головы, обрезные рёбра, отдавали рабочим. Мне казалось, что лучше этого мясного бульона ничего на свете быть не может! Вообще, из воспоминаний местных жителей, на Красной Поляне, питались скудно, но не голодали. А так же 2 раза в неделю возили сыворотку в посёлок Новосергиевка к дачному поезду. Сыворотку наливали в стеклянные бутыли по 20 - 25 литров. Бутыли запечатывали. Для каждой бутыли, была сплетена корзина, чтобы не билась в дороге. Ставили в подводу 15 – 18 бутылей и везли ночью к поезду. Сопровождали обычно двое мужчин и женщина. Чаще всего брали меня, так как у меня не было детей. По расписке сдавали людям, которые сопровождали её в город Оренбург, а самолёт прилетал за сывороткой только раз в месяц. Летом заготавливали сено для лошадей; косили, гребли, возили на Ростошь. Кормили лошадей очень хорошо, давали сено вволю, овёс, так как только у хорошо упитанной лошади можно было брать 6-7 литров крови. Так же работали в саду, собирали яблоки, смородину, крыжовник. На огороде сажали картофель, лук, капусту, огурцы. А когда в 1945 году открылся курортный сезон, уже выращивали морковь, помидоры, баклажаны». 
  Так труженики тыла приближали час мирной тишины.
  В годы ВОВ, по воспоминаниям старожилов, население Красной Поляны было небольшим, за километр от курорта было построено всего 3 барака для рабочих, а местные жители жили в землянках, вырытых в холме за прудом. В народе это место прозвали «Копай город». Строительство домов на Красной Поляне разрешили только в 1957 году.









Поиск
Каникулы
Статистика
Оцените мой сайт
Всего ответов: 58

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0


Copyright MyCorp © 2017